Солнце беспощадно палило, превращая белый песок необитаемого острова в раскаленную сковородку. Макс, лысый, невысокий, с круглым пивным животиком, который теперь казался еще больше из-за обрезанных наполовину джинс, пытался развести костер, чтобы приготовить остатки пищи. Рядом возилась Ева — его сорокалетняя жена, блондинка с кожей цвета топленого молока. На ней было легкое, практически прозрачное платье из тонкого вискозного шелка, которое за время пребывания на острове пропиталось потом и солью, став почти невидимым. Ткань облепила её сочную, полную грудь третьего размера, четко очерчивая аппетитные бедра и круглую, упругую задницу.
Жан, высокий темнокожий атлет с широкими плечами, наблюдал за ней со своего «лежбища» — расчищенного участка в тридцати метрах от их испещренного ветками шалаша под пальмой. Его взгляд был тяжелым и тягучим. Он не скрывал своего желания; Жан смотрел на Еву так, будто она была главным призом в этой проклятой лотерее кораблекрушения. Его взгляд скользил по её бедрам, задерживался на большой груди , и Макс, хоть и пытался казаться равнодушным, чувствовал, как внутри всё сжимается от беспомощности.
Вечер. Воздух стал влажным и тяжелым. Ева и Макс сооружали импровизированный стол из обломков борта. Жан медленно поднялся, разминая свои мощные плечи, и направился к ним. Его взгляд и походка были уверенными, хищными.
— Слушай, Maкс , — Жан остановился в шаге от него, возвышаясь над мужичком, как скала. – Мне надоело просто смотреть.
Макс замер, сжимая в руках консервную банку.
– Чего тебе? – буркнул он, стараясь не поднимать глаз.
– Ты видишь, как я на неё смотрю. И ты видишь, что она чувствует, – Жан перевёл взгляд на Еву. – Она хочет этого так же, как и я. Слушай внимательно: или я сейчас убью тебя, прямо здесь, этим обломком дорогого дерева, или ты отдашь её мне. Она будет моей женщиной.
Ева замерла, тяжело дыша. Её грудь высоко поднималась и опускалась, ткань платья едва сдерживала её формы. Она молча переглянулась с мужем. Макс почувствовал, как по спине пробежал холодный пот; он знал, что против этого гиганта у него нет шансов.
– Пять минут, – Жан усмехнулся, сверкнув белыми зубами. – Сиди и думай. Ты имеешь всего 5 минут, чтобы решить, хочешь ли ты жить.
Он развернулся и медленно пошел к своему убежищу.
Ева повернулась к Максу. Её голос дрожал:
– Макс, ты слышал?.. Что он сказал?
– Это безумие, – Макс сглотнул, чувствуя бессилие.
– Но у тебя действительно есть пять минут. Подумай. Если ты так сможешь… если ты чувствуешь, что должна…
– Я смогу, – прошептала она, глядя на уходящую вперед мощную спину Жана.
Макс молча кивнул. Ева, медленно пошла по песку. Каждый её шаг был осторожным, бедра плавно перекатывались,раскачивая всю фигуру. Макс остался стоять у шалаша, глядя ей в спину, не в силах ни остановить её, ни пойти за ней.
Когда она достигла лежбища Жана, тот уже ждал её. Он поднялся во весь рост, и Ева почувствовала себя маленькой и хрупкой рядом с ним.
– Пришла, – Жан сделал шаг вперед, сокращая расстояние.
Ева смущенно улыбнулась:
– Да.
Он не стал терять времени. Грубыми, сильными руками он обхватил её за талию и притянул к себе. Ева охнула, когда его широкая грудь врезалась в её мягкие груди. Жан жадно впился в её губы, его поцелуй был властным, требовательным. Он одновременно с этим начал массировать её задницу, сжимая упругую плоть через тонкую ткань платья.
– О боже… – выдохнула она, прогибаясь в спине и отвечая на поцелуй.
Жан рывком развернул её спиной к себе и поставил на четвереньки прямо на песок.
– Встань раком, Дамочка, – прорычал он ей в ухо.
Ева повинуясь, наклонилась вперед. Её платье задралось, открывая вид на белые бедра и белую кожу. Жан грубо задрал ткань вверх, обнажая её белые трусики.
– Сними их, – приказал он.
Ева дрожащими пальцами спустила белье вниз по ногам. Жан замер на мгновение, оценивающим взглядом скользя по её пышным ягодицам.
– Красивая…, – выдохнул он.
С размаху он ударил её по заднице, так что плоть задрожала. Ева вскрикнула, но не от боли, а от неожиданного возбуждения. Жан тут же снова прижался к ней, хватаясь за её тяжелую грудь, вырывая платье вниз, чтобы обнажить соски.
– Ох, бля… какая ты сочная, – рычал он, впиваясь зубами в её плечо.
Ева застонала, чувствуя, как её тело наполняет жар. Она слышала звук собственного дыхания и глубокий, животный рокот Жана.
– Пожалуйста… сейчас…
Жан расстегнул ремень, и на волю вырвался его огромный член. Темный, толстый, он выглядел устрашающе и притягательно. Ева обернулась через плечо, открыв рот от изумления.
– Ты такая белая… такая чистая. Жан схватил её за волосы, заставляя смотреть на него.
– Сейчас я тебя испачкаю.
Он резко толкнул её вперед, так что её грудь повисла, качаясь от каждого движения. Жан, не теряя ни секунды, вставил свой член в неё одним мощным ударом. Ева вскрикнула, впиваясь пальцами в песок, её тело выгнулось дугой.
– Ох, да…
Жан начал долбить в неё с силой, используя свой вес, вбивая в неё всю свою мощь. Ева чувствовала, как её внутренности заполняются им, как он разрывает её на части, заставляя забыть обо всем на свете. Её грудь бешено прыгала, ударяясь о кожу, а в голове стоял лишь один звук — глухие, ритмичные шлепки его плоти о её бедра.
Макс сидел в тридцати метрах от них, глядя на эту картину. Он видел всё: как Жан хватает её за волосы, как его огромный член входит и выходит из его жены, как тело Евы содрогается от каждого толчка. Он не мог уйти, не мог отвернуться. Его собственный член вскользь зашевелился, но он чувствовал себя лишним в этом первобытном танце.
– Да! Да, сильнее! – кричала Ева, запрокидывая голову.
Жан, окончательно потеряв контроль, перехватил её за бедра, приподнимая вверх, чтобы зайти еще глубже. Он рычал, как зверь, его кожа блестела от пота.
– Ты моя… теперь ты моя… – хрипел он.
Ева всхлипывала, её ногти оставляли полосы на его крепких руках.
– Жан… Жан, я сейчас… ох!
Её тело задрожало, его сжали мощные мышцы внутри, и Жан, почувствовав это, выдал последний, самый яростный толчок. Он взревел, выгнулся и кончил в неё, глубоко зарывшись лицом в её светлые волосы. Ева замерла, тяжело дыша, её тело всё еще сотрясалось от остаточных содроганий.
Жан медленно вытащил свой член, тяжело дыша. Он хлопнул её по заднице, чтобы она встала.
– Всё на сегодня. Можешь идти к мужу, – бросил он, уже возвращаясь к своему лежбищу. – Но когда я позову тебя в следующий раз — сразу же будь здесь. Платьеце надень, чтобы я мог его сорвать.
Ева молча поднялась. Она чувствовала, как внутри неё пульсирует его семя.
– Я приду, – тихо сказала она, глядя ему в спину.
Жан ничего не ответил.
Ева медленно побрела обратно к шалашу, где сидел Макс. Она поправила платье, но оно уже не могло скрыть того, что произошло. Между её красивых белых бедер, по внутренней поверхности, медленно стекали густые капли белой спермы, оставляя на горячем песке цепочку белых следов.
Макс молча смотрел на эти следы. Он встал, подошел к ней и обнял за плечи.
– Пошли, – глухо сказал он. – Надо доделать костер.
Прислано: LDM13
