С того дня Эрика попала под постоянныое наблюдение в доме. Ее наказывали каждый день. В течении дня девушка выполняла свою работу, но вегда что-то будто нарочно (о чем она и подозревала), шло не так. То разобьется что то, то вода подозрительно медленно греется и она не спевала приготовить или убрать, то внезапно пропадали вещи. И за все спрос был с Эрики. Каждый вечер мачеха с сестрами ждали ее в комнате и, дождавшись пока девушка,по приказу Вайолет, разденется, начинали допрос. Что она сделала, что неуспела, что она сделала недостаточно хорошо, понимает ли она в чем ее ошибка. Что бы она не ответила, наказание ее уже ждало. Вопрос в том — насколько большое. Сначала Вайолет отпускала ее после 10-и ударов плеткой, или 30-и шлепков ладонью, но потом ей надоело играть в великодушную госпожу и она стала по-настоящему играть с Эрикой.
За то, что одним днем падчерица бежала по дому, не успевая на кухню, и едва не врезалась в Фелисити, вечером мачеха прикрепила к ее манжетам на ногах цепь длиной пятнадцать сантметров. Эрика была вынуждена семенить малюсенькими шажками, а по лестницам прыгать, держась за перила. В тот день она опоздала везде и всюду. К тому же — подала обед холодным. Ужин ей приказали принести наверх и, прягая по лестнице, она его не удержала. то же само повторилось и во второй раз. Лишь в третий раз, поднимясь по лестнице на коленях, она сумела донсти еду, изрядно остывшую, до покоев хозяек. Она не заметила мачехуи сестер, которые, сдерживая изо всех сил смех, наблюдали за своей рабыней, уже представляя какое наказание ждет ее за все промахи.
Поздно веечером, с трудом в очередной раз поднимаясь по треклятой лестнице, Эрика дрожала словно побитая собака, не зная как над ней еще будут издеваться Госпожа и младшие Хозяйки.
Открыв двеь она застала мучительниц за сборами. Сестры надевали белье, игриво пошлепывая друг дружку по писькам. Вайолет примеряла трусики-страпон весьма внушительного размера.
-Что встала? Раздевайся, дура. — Рявкнула Генриетта и Эрика торопливо стала стаскивать платье, как только почувствовала что магический корсет ослабел и упал.
-Генри, что за выражения? Ты же леди, чтоит быть более…изобретательной. Иди сюда, тебя стоит наказать. — Вайолет села на диванчик и показательно погадила торчащий страпон. Генритта застонала и подлетела к ней. Не долго думая, она облизала член и села на колени к матери, лицом к второй сестре и Эрике. Вайолет не стала ничего говорить, ведь Генри стала сама прыгать на члене не скрывая громких стонов. Фелисити облизнулась и, подойдя к сестре, опустилась на колени. Двумя руками схватив прыгающие сиськи, она стала мять их и выкручивать. Стоны усилились. Эрика все ще стояла голая с расставленным широко (насколько позволяла коротенькая цепочка) ногами и сцепленными в замок за головой руками. Она закрыла глаза, не желая видеть происходящего, но громкие стоны не оставили ей шанса и девушка почувствовала как по внутренней части бедра потекла смазка.
Наконец Генриетта кончила и, пару мгновений полежав на матери, встала как ни в чем не бывало.
-Гляньте как, сучка потекла. Да. Эрика? Хочешь чтобы тебя поимели как шалаву? — Фелисити как всегда не могла оставить ее в покое и, подлетев к безащитной жертке, стала шариться пальцами в ее киске. Девушка не сдержала стон, вызвав у всех хозяек смех. — Да-а! Она хочет чтобы ее трахали.
-А ну-ка, ползи ко мне, сучка. — Велела Вайолет и Эрика медлеными шажками двинулась к откинувшейся на диван Госпоже. — Я сказала ползи! На коленях, сучка. Неужели ты настолько тупа? — Девушка медленно опустилась на четвереньки и поползла, остановившись между ног хозяйки. — А теперь соси! Нужно почистить член после Генри.
Эрика все поняла. Ей никогда не будет покоя в этом доме. Ей не дадут шанса просто отработат в качестве служанки эти два года. Ее будут испоьзовать как полноценную рабыню — будут иметь, бить, связывать и делать с ней все, до чего додумаются три хозяйки, а в их фнтазии сомневаться не приходилось. Девушка шарахнулась в сторону и стала отползать к стене.
— Прошу вас, умоляю. Я отработаю два года и вы меня больше не увидите Пожалуйста. — Она еще что то бормотала, понимая что ее слова вообще ничего не решают. Вайолет хмурилась, Фелисити ухмылялась, Генриетта пошла к стене за плеткой.
-Видимо ты действительно глухая. Я столько раз тебе говорила, что ты — не больше чем игрушка, хуесоска,рабыня. Что из этих слов тебе не знакомо? Так я разъясню для тупых. — Взбешенная мачеха схватила девушку за волосы и дернула на себя. По лицу Эрики покатились слезы.
Женщина нажала на замок члена и он тдеился от трусиков. Прижав его к стене, Вайолет активировала магический круг и страпон намертво прилипк стене. Туда же женщина подтащила упирающуюся девушку.
-Слушай сюда, сука, я говорю в последний раз. Больше не буду. Отныне, любое твое противодействие будет наказано. А сейча. ПРИКАЗЫВАЮ! — Она активировала печать на лобке Эрики и та почувствовала тепло, — Соси этот хуй, заглатывай его до самой стены и не прекращай до тех пор пока я е отменю приказ.
Эрика тут же пчувствовала что ее тело будо само становится на четвереньки и подползает к прикрепленному к стене страпону. Она попытаась преодолеть приказ и начала сопротивляться, но печать сразу это поняла и удар током в наказание был такой силы, что девушку тряхнуло. Из глаз Эрики не прекращались литься слезы, но ело будто ей не пренадлежало. Как во сне она увидела как в ее рту скрылась головка, а затем и остальная часть. Он был большим и непривычное для бывшей хозяйки, которая никогда не сосала члены рабам, движение вызвало у нее рвотный рефлекс. Стоило ей попытаться слезть с вертела, как последовал второе наказание. Эрика давилась членом и все же продолжала сосать, отстраняясь от стены на несколько сантиметров чтобы подышать и тут же по приказу насаживалась на него обратно. Она чувствовла биолгический привкус смазки, который остался после Гениетты, чувствовала запах и не могла остановиться.
— Вот так, запомни. Это слово значит Хуесоска. Сосать хуй, чем ты и занимаешься, понятно? — Генриетта поднесла матери плеть и та со всей силы опустила ее лепестки на оголенные спину и задницу Эрики. — Идем дальше. Рабыня и игрушка это значит что я могу делать с тоюой все что угодно. Абсолютно все. Ты моя вещь, моя служанка, Эрика, запомни это. Я пыталась быть с тбой доброй, хотела сделать все потепенно, но ты как всегда встала в позу. Но я тебя научу другим, более подходящим для такой шалавы. — Не прекращая стегать падчерицу по спине, женщина кивнула Фелисити и та, когдда Эрика вновь до конца заглтила член, резко всунула ей три пальца в пизду. Теперь, отклоняясь от страна, девушка сильнее насаживалась на пальцы младшей хозяйки. — Ты думала что ты здесь еще хоть что-то значишь, что у тебя есть права? Единственным твои правом будет умолять меня не трахать тебя до смерти. Отныне я небуду тебя щадить, а девочки тебе помогут понять и уяснить закон и твое место. Они растянут тебе твою письку, до невозможных размеров растянут очко так, что я смогу засунуть в тебя руку и вертеть тебя словно игрушку на штыре. Если я захочу, а я захочу, мы сделаем в твоих блядских сиськах пирсинг, повесим колокольчики и ты будешь звенеть на весь дом. Захочу и я тебе в уретру вставлю плаг и ты не сможешь поссать без моего разршения. Если я захочу, ты неделями не увидишь солнца и вообще что либо. Уясни, тупая ты сука, если я захочу, ты будешь пять раз на день трахаться с собаками в твоей любимой псарне! Так что лучше меня не зли и тогда, может быть, я буду к тебе более снисходительна.
Резко замолчав, женщина остановилась и прекратила стегать все так же насаживающуюся на член падчерицу. Находясь в полуобморочном состоянии, Эрика не почувствовала как из ее пизды убрались пальцы. Она не видела как Мадам и Госпожи оделись и вышли из комнаты. Лишь услышала ПРИКАЗ:
-Продолжай сосать до тех пор пока я не вернусь и не прикажу тебе остановиться.
Прислано: NightStoryteller
